д¬ г® 
рђ¦°тЇ® м©Ё
рђЇ«жЁ­пЈў
 name=
ИСТОРИЯ
  ОЧЕРК
  АРХИТЕКТУРА
  ЛЕГЕНДЫ
  РЕМЁСЛА
  ЯРМАРКИ
  ОБРАЗОВАНИЕ
  КАЗАЧЕСТВО
  1941-1945
  АРХЕОЛОГИЯ
  ЖЕЛЕЗНАЯ ДОРОГА
  МОНАСТЫРИ
  ОБЩЕСТВА
  НАШ МУЗЕЙ
  ТОПОНИМИКА

ГОРОД МАСТЕРОВ.
Промыслы и ремёсла Лебедяни и уезда.
(краткий обзор)
Акимов В.В.

Каждый раз, когда речь заходит о лебедянских ярмарках, на память приходят лошади, возы с кожами, зерном… Лишь потом вспоминают о других менее крупных и доходных предметах крестьянского быта. Между тем, конская упряжь, глиняная посуда, свистульки, изделия из дерева и даже перламутровые пуговицы из речных ракушек – всё это пользовалось устойчивым спросом, всё это продавалось и изготавливалось в Лебедяни, руками местных мастеров. Однако, до настоящего времени тема ремесел была мало изучена краеведами. Может быть, из-за общего отношения к индивидуальному труду, десятилетиями сохранявшемуся в обществе. Возможно, по причине «негероичности» самого предмета изучения. Пользуясь разрозненными письменными источниками разных времен, я постарался сделать краткий обзор состояния ремесел в Лебедяни во второй половине XIX – ХХ веках.

Плетёные изделия. Нажмите для увеличения!Как известно, ремесленное сословие Лебедяни девятнадцатого столетия составляли мастера разных специальностей. Официальные сведения начала XIX века весьма скудны и сообщают нам лишь о наличии в городе портных, столяров, сапожников, печниках и кузнецах1. Вероятно, с годами, отношение к ремеслам стало постепенно меняться. Кустарь одиночка, ремесленник хоть и изредка, но становился объектом общественного внимания. В 1848 году для демонстрации всевозможных крестьянских промыслов в Лебедяни проводится кустарная выставка. На своеобразной «выставке достижений народного хозяйства» было представлено всё, что могли предложить лебедянские умельцы. И хотя тут не было изделий, соперничавших с известной продукцией Гжели или Хохломы, здесь было показано всё необходимое для жизни уезда2.
Получить количественное представление о состоянии тех или иных ремесел помогла статистика. При опросе крестьян Лебедянского уезда при подворной переписи 1883 года была собрана информация о промыслах, существовавших помимо или взамен земледельческого. Несмотря на то, что уезд всегда был типичным земледельческим районом, на его территории было выявлено 80 разнообразых промыслов3. Сельская специфика, конечно же, была определяющей. Опрос показал, что большинство крестьян считали себя сельскими батраками, подёнщиками и пастухами. Кроме обыкновенных местных пастухов, в Лебедянско-Пригородной волости значились гуртоправы и чабаны, гонявшие гурты киргизских и волошских овец из Воронежа, Харькова, Саратова. Такой отхожий промысел был особенно распространён среди крестьян Стрелецкой слободы города.
Другим направлением сельскохозяйственной деятельности крестьян был землекопный промысел и расчистка порубов (т.е. корчевание пней от бывшего леса для расчистки места под пашню). Землекопы в основном занимались рытьём прудов, канав и колодцев в частных имениях и по деревням. Для больших работ они объединялись в артели по 20-25 человек. Небольшие работы выполнялись двумя – тремя землекопами. Назначаемая им оплата во многом зависела от глубины и от грунта. Обычно за рытье прудов такие работники получали по рублю – полтора за кубическую сажень, за канавы – по 5-10 копеек с погонной сажени. За рытье колодцев плата назначалась, обычно, за сажень глубины: за первые три сажени по 3 рубля, за следующие – по 8 и по 10 рублей.
Корчеванием занимались весной и осенью, «где случится», иногда уходя от своего места жительства верст на 50 и дальше. Работа эта требовала участия нескольких человек и выполнялась артелями из более или менее значительного числа товарищей. Плата корчевальщиков рассчитывалась за кубическую сажень освобождённых из почвы и расколотых пней, которые продавались как топливо на заводы. Получая с сажени от 3 до 6 рублей, каждый рабочий выкорчёвывал по две сажени в месяц.

Мастера деревянных промыслов были во всех селах уезда. Столяров, санников, тележников было немного. Более-менее значительным было число бондарей. Материал (ольху, сосну) они брали из своих лесов или покупали на ближайших базарах, где и продавали свои готовые изделия - деревянные чаны, кадки, лохани и бочки. Считалось, что дневная работа давала бондарю 10 копеек, да ещё щепки на отопление. Чаны, ёмкостью в две четверти продавались по рублю - полтора, малые в две меры – по 20 копеек. Чтобы заняться этим ремеслом, мало было обладать специальными навыками – требовался ещё и набор инструментов (скобель, пила, рубанок), который оценивался в 7 рублей. Некоторые мастера, в частности из села Большой Хомутец (здесь проживало более 20 бондарей, теперь село относится к Липецкому району), делали «самопрялки», которые продавали по 80 копеек – 1 рубль за штуку. Но для этого требовался и более сложный набор инструментов, стоимостью около 30 рублей (включая токарный станок за 5 рублей). Обычно на изготовление «самопрялки» уходило два зимних или один летний день работы.
Одним из самых распространённых промыслов в Лебедянском уезде было плотничество. Плотники, общее число которых в уезде было 600, были во всех селениях. И хотя большинство занималось постройкой простых крестьянских изб в своих и соседних деревнях, часть плотников, преимущественно из Лебедянско-Подгородней и Сезеновской волостей, нанимались на службу к подрядчикам плотнических работ и занимались более крупными и сложными постройками в Лебедянском, Липецком и Задонском уездах. Срок найма плотников подрядчиками обычно бывал от масленицы или Пасхи до 22 октября или 15 ноября. Как правило, плотники работали со своими инструментами, довольствием же их обеспечивал подрядчик. Он же оплачивал и проезд до места работ. За сезон плотники обычно зарабатывали по 40-50-70 рублей, а некоторые и по 100. Нанимающийся в первый раз получал 20 рублей топор и в придачу. Строительные плотничьи артели были классическим образцом русской артели. Все члены артели были равноправны. Однако, по степени искусства они делились на три группы. От этого зависел и их заработок. Меньше всего получали ученики, не имевшие пока должной квалификации и работавшие под контролем опытного наставника.
По переписи крестьянских дворов в уезде было 150 кузнецов. Половина из них проживала в Лебедяни. Все они жили компактно в одном месте - в Кузнецкой слободе, в западной части города. Здесь же находились и сами кузнечные мастерские. Надо сказать, что свои кузницы были лишь у меньшей части мастеров, многие вообще не работали в них. Большинство лебедянцев занимались кузнечным ремеслом в качестве хозяев или работников в разных селениях всего Лебедянского уезда. Для открытия своей кузницы требовалось затратить 50-70 рублей (примерно столько же получали работники кузницы, жившие «на хозяйских харчах»). Однако не каждый решался пойти на такие не всегда оправданные расходы. По отзыву крестьян, достаточного спроса на работу кузнецов не было, и даже порядочные кузнецы едва ли получали прибыль. Оконные решетки, кованые ограждения балконов и лестниц, изготавливаемые для главных заказчиков – церквей и местных помещиков уезда, были изделиями штучными, их заказывали лишь время от времени при строительстве новых зданий или храмов. Благодаря своей долговечности, многие образцы кузнечного искусства мы можем наблюдать и сейчас.
По прошествии уже более ста лет они, по-прежнему, служат людям, привлекая своим изяществом и качеством работы. Мастера-кузнецы проявляли изрядное умение, сноровку и вкус при выполнении рисунка, очевидно, предварительно прорисованного художником. До сих пор служат украшением старых одно- и двухэтажных купеческих и дворянских домов кованые решетки балконных ограждений: например, на домах по адресу Мира, 10, Свердлова, 36,  Почтовая, 8 и Шахрая, 21. Как правило, это были симметричные узоры, состоявшие из традиционных, часто встречающихся элементов, S-образных завитков и «сердечек». Ярким примером кузнечного ремесла служит сохранившаяся старая ограда Городского сада. Место массового отдыха лебедянцев – городской сад был с двух сторон обнесен красивой оградой с такими же коваными воротами. Постепенное распространение сада вглубь квартала привело к тому, что разные участки ограды выполнялись в разное время, по мере расширения территории. Причем особый интерес представляет более старая южная часть ограды, с её оригинальными, непохожими друг на друга коваными секциями. Решетка остальной части ограды выполнена более типично – вертикальные копья, заканчивающиеся трилистниками и соединенные тремя горизонтальными связями с декоративными элементами – завитками и кольцами. Связанные между собой и с копьями хомутиками, эти элементы обеспечивали достаточную жесткость конструкции и вместе с тем выполняли эстетическую функцию4. Такие заказы, видимо, доверялись крупным, зарекомендовавшим себя кузницам. Небольшие же мастерские довольствовались мелкими заказами - подковами, дверными петлями, ремонтом мелкого с/х инструмента, что, как правило, не приносило большой прибыли.
Немного в более выгодном положении были слесаря, ремонтировавшие более сложный сельскохозяйственный инвентарь. За небольшим исключением мастеров князя Васильчикова из Трубетчино, изготавливавших плуги его конструкции, все слесаря проживали в городе. Своя слесарно-кузнечная мастерская в начале ХХ века действовала при складе сельскохозяйственных инструментов Лебедянского земства. Здесь работали кузнец, слесарь, молотобоец, столяр и три ученика5.
Ещё раньше встречаем такую специальность как медники. В 1865 году в Лебедяни было три мастера, пять ремесленников и четыре ученика, занимавшиеся изготовлением изделий из меди5. Некоторые занимались чеканкой.
Некоторые мастера занимались чеканкой. Изготовление таких декоративных предметов требовало особого умения, выдумки и мастерства. Затейливые дымники, водостоки, жиковины (воротные петли), входные зонты, парапеты крыш, выполненные художественно, со вкусом, со временем стали чаще появляться как на деревянных домах, так и на каменных зданиях. С появлением прокатного листового железа ещё большее распространение получили такие процессы как вырубка и просечка – основные операции при изготовлении просечных украшений из кровельного железа. Просечка (техника вырезания узора с помощью специальных сечек наподобие долота и мелких зубильцев необходимых форм) применялась в таких архитектурных элементах, как свесы крыш и коньковые гребни, дымники и водостоки. Она придавала изделию ажур, работающий на просвет, что для этих элементов особенно важно. Просечных изделий в Лебедяни, к сожалению, практически не сохранилось. Когда-то ими были украшены Торговые ряды. По краю крыши тянулась парапетная решетка, а парапетные столбики венчал ажурный декор. После недавнего ремонта не осталось и этого. В XIX веке к многочисленным произведениям искусства просечного железа прибавились декоративные украшения дымовых и водосточных труб. Дымники (старое название художественного венца, украшающего дымовую трубу) венчали каждый городской дом, не только защищая трубу от попадания снега и дождя, но и придавая какой-то особый романтический, а то и сказочный дух постройкам, улочкам, городу, живущим в нём людям. Сейчас лишь старые открытки с видами города напомнят нам о них. Исчезли и ажуры воронок водостоков.
С незапамятных времен известны такие элементы архитектурного оформления как флюгера. Этот наиболее древний элемент украшения имел повсеместное распространение на всевозможных башнях и выступах крыш. Его функциональное назначение – показывать направление ветра. Именно в этой роли он первоначально и выступал, но со временем декоративность стала брать верх над функцией. Появились жестко закрепленные фигурки зверей, птиц, рыб. Одним из таких украшений является серебряный осетр на бывшей рыбной лавке купца Маслова, больше известной как магазин «Щука». Созданный руками лебедянского мастера-чеканщика Якова Стрельникова, осётр стал одной из достопримечательностей Лебедяни. Все эти даже небольшие изделия облагораживали вид и были неотъемлемой частью мещанских домов, каменных казенных зданий и особняков богатых купцов и дворян. Кузнецы, жестянщики, чеканщики трудились над созданием художественных произведений, тем самым способствоуя формированию неповторимого облика родного города6.
Гончарное ремесло было одним из первых производств человека, появившимся ещё в эпоху неолита. В Лебедяни находки фрагментов керамики не являются редкостью и служат подтверждением того, что гончарный промысел существовал здесь задолго до появления Лебедяни как города. По словам лебедянского краеведа П.Н. Черменского, в 1966 году наблюдавшего за проведением земляных работ на месте, где стояла лебедянская крепость, здесь была обнаружена керамика VIII-X вв. и многочисленные фрагменты керамики XII века7.
В предыдущем выпуске Записок ЛОКО были подробно описаны находки в 1988 году горнов для обжига керамики, датируемых XII-XIV вв. и посуды, изготовленной на ручном гончарном круге. Всё это свидетельства развитого гончарного производства крупного населенного пункта XII-XIV веков8. Последняя находка была сделана осенью 2003, когда при проведении земляных работ под церковью Рождества Богородицы строители наткнулись на остатки деревянной избы, обрушившейся много веков назад. Со дна обнаруженного под завалом погреба извлекли фрагменты глиняных кувшинов, амфор и горшков XII века. На керамических горшках наши далекие предки начертали древнерусские «граффити» с информацией либо о владельцах посуды, либо об её содержимом. А один из горшков украшало личное клеймо мастера. 
В XIX веке гончарные изделия из Лебедяни расходились по всему уезду. Известно, что в конце XIX века в городе было несколько горшечных заводов. Они располагались в Подмонастырной слободе и, как правило, представляли собой небольшие семейные предприятия. До конца 1890-х гг. здесь действовали горшечные заводы П.П. Плешкова, В.И. Плешкова и И.П. Плешкова9. По сообщению П.Н. Черменского, гончарным производством занимались и жители Пушкарской слободы. Здесь изготавливали глиняные горшки, кувшины, миски, тарелки, кружки, расходившиеся по всему уезду. Видимо, поэтому современный переулок Горничный, ведущий от улицы Ситникова (Покровской) к Дону, на всех картах конца XVIII – начала XIX веков назывался Горшечной улицей. Расположение гончарных производств в этом месте подтверждают и археологические раскопки. Летом 1959 года во время прокладки водопроводных труб на Покровской улице в разных местах были обнаружены горны для обжига посуды и черепки от неё, древнейшие их которых, по свидетельству П.Н. Черменского, датировались XV веком10.
Благодаря переписи крестьянских дворов удалось выяснить, что достаточно распространенным было кирпичное производство. Помимо Лебедянско-Пригородной волости, кирпичные предприятия были в Добринской, Пятницкой, Черепянской волостях. Большинство нанималось работниками к местным владельцам кирпичных заводов, где, проживая «на хозяйских харчах», получали по рублю за тысячу сырого кирпича. Работы были сезонными и продолжались с мая по сентябрь. Некоторые получали плату не сдельно, а за весь период от 30 до 60 рублей. Известно, что добринские крестьяне ходили для кирпичных работ в Царицын.
По официальным сведениям, в 1815 году в Лебедяни было два кирпичных завода, производивших до ста тысяч кирпичей в год1. Вероятно, один из них находился на западной окраине города. По рассказам старожилов, кирпичный завод в овраге рядом с речкой Городянкой существовал испокон веков. В начале прошлого столетия (а, возможно, в годы революционных переворотов) заводик был разрушен, а на месте печей обжига и карьера образовался пруд. По весне Городянка наполняла этот пруд своими талыми водами, и всё лето он служил местом водопоя коров местного стада. Кирпичный завод на этом месте построили заново уже после войны.
 С середины XVII столетия известен кирпичный завод Троицкого монастыря, по некоторым сведениям, работавший до начала XX века10. Документально подтверждено, что до конца 1890-х гг. в Подмонастырной слободе было несколько кирпичных заводов: Р.М. Подкопаева, В.М. Полякова и В.В. Полякова9. В подтверждение этого в этом районе находим поросшие травой и полузасыпаные ямины - остатки глиняных карьеров, а чуть ближе к Троицкому монастырю - краснокирпичный вход в помещение для обжига кирпича.
Конец XIX века с его ростом торговых оборотов, прокладкой через Лебедянь железной дороги был отмечен большими объёмами каменного строительства. В селах строятся новые каменные церкви, на смену саманным и деревянным избам появляется всё больше кирпичных домов. Вероятно, именно поэтому в крестьянском населении уезда относительно большую долю начинают составлять каменщики, т.е. кладчики кирпичных зданий. В 1880-х годах промыслом кирпичной кладки в уезде занималось 389 дворов. Интересно, что, например, в несравненительно большем по величине и населению Тамбовском уезде оказалось лишь 253 двора каменщиков. Наибольшее количество каменщиков проживало в Покровской и Стрелецкой слободах Лебедяни, в селах Новое Ракитино и Ольховец. Большинство каменщиков занимались кладкой кирпичных изб по деревням. Это не требовало большого мастерства, как для постройки больших каменных домов или церквей. Такие постройки могла выполнять лишь часть каменщиков Покровской и Стрелецкой слобод. Обычно это была сезонная работа, продолжавшаяся с весны до середины октября. Каменщики нанимались к подрядчикам и за сезон получали от 20 до 100 рублей. Для кладки деревенских изб составлялись артели из 4-5 человек. Хорошие специалисты на такой деревенской работе зарабатывали по 40-50 рублей за лето.
Вместе с каменщиками в строительстве домов участвовали работники смежных промыслов: кровельщики, две трети которых были жителями Черепянской и Подгородней волости, и печники, около половины которых (20) проживали также в Подгородней волости.
До проведения через Лебедянский уезд железной дороги был достаточно развит извоз. Так многие из крестьян западных волостей промышляли дальним извозом на всём протяжении от Москвы до Кавказа. Извозчики Черепянской волости упоминали о зимних поездках до Урюпинской станицы. По открытии в 1892 году железнодорожного сообщения, дальняя гужевая доставка товаров полностью прекратилась. Местные продукты теперь перевозились лишь до ближайших станций, преимущественно до Ельца. В восточных районах уезда главным предметом извоза служили дрова и торф, которые доставлялись с мест заготовки на винокуренные и свеклосахарный заводы уезда. Такими перевозками занималось большинство из 150 заявивших о себе извозчиков.
Портняжный промысел в Лебедянском уезде был не очень развит. Им занимались крестьяне 266 дворов (для сравнения в небольшом Липецком уезде их было до 500). Работая, как правило, в зимнее время, лебедянские портные обслуживали лишь своих односельчан и могли заработать лишь в урожайные годы.
Кроме портных в уезде было более 100 сапожников, более 50 овчинников и несколько человек шорников и кожевников. И это помимо трёх действовавших в городе в конце XIX века кожевенных заводов (на них работали более 20 рабочих)11.
В Пушкарской слободе Лебедяни проживало несколько семей, занимавшихся изготовлением струн из овечьих кишок. Струны использовались в шерстобитных станках и для гитар. Их продавали в Москву, и промысел этот считался довольно прибыльным.
Во многих местах уезда в наделах крестьян были известны залежи известнякового более или менее твердого камня. Такие залежи обычно разрабатывались крестьянами тех общин, которым принадлежали эти залежи. Свои каменоломни были у крестьян Слободки, Медведевой, Яковлевой, Яблонова, Большого Верха, Сергиевского, Ольховца, Романова, была своя каменоломня на земле помещика в Щербаковских выселках Пятницкой волости. Каменоломни издавна были поделены между семьями. Добывание камня было работой нелегкой, порой таившей в себе опасность. Поэтому, и занимались ей не все, а лишь некоторые. И хотя «ломать» камень было удобней зимой, такой зимний камень был непрочен и рассыпался. Приходилось копать летом в свободное от полевых работ время. За год трудной работы удавалось добыть не более 5 кубических саженей. А так как крепкий лицевой (цокольный) камень, залегавший в нижних слоях, попадался крайне редко, стоимость сажени камня редко превышала 2-3 рубля. Известно, что своя артель из 48 человек по производству каменных жерновов существовала в селе Сурки. Жили члены артели недалеко от каменоломни в землянках, имели общий стол. У них был свой инвентарь, а также специальная кузница для ремонта сломанных инструментов. Работу и всё хозяйство артели координировали два выборных старосты, работавшие наравне с прочими артельщиками. Изготавливаемые жернова собирались в общем складе и прямо оттуда продавались окрестным крестьянам12.
Вышивание всегда считалось исключительно женским ремеслом. Как правило, что главными центрами такого мастерства были женские обители. Своим рукоделием славились монахини Сезёновского Иоанновского монастыря. В основном, это были шерстяные ковры, сотканные из цветной шерсти красивыми узорами. Кроме того, по заказу там выполняли вышивки гипюром и гладью13.
Рукоделием, а именно вышиванием по канве гладью и золотом, тканьем ковров, украшением икон занимались и насельницы Илларионовского монастыря в селе Троекурово. Рассказывают, что двусторонние ковры, изготовленные в Троекуровском монастыре, славились на всю округу. Нередко столичные паломники увозили их в Москву и Петербург. Ковер ручной работы из Троекуровского монастыря был и в келье старца Амвросия Оптинского. Известно, что старец жертвовал деньги на благоустройство и украшение монастыря, его духовная связь с обителью, зародившаяся после его судьбоносного посещения троекуровского затворника Иллариона, не прерывалась до конца его дней14.
Своя кустарная школа производства ковров и рукоделий существовала при селе Тютчеве и принадлежала местной помещице Марии Николаевне Пальчиковой. Неподалёку, в Куликовке располагалась ковровая и кружевная мастерская, также принадлежавшая Пальчиковым15.
В 1903 году количество только городских ремесленников достигло 455. Для дальнейшего развития ремесел, лебедянская городская управа на своем очередном заседании 17 января 1913 года обсуждала вопрос открытия в городе мужской и женской нижних ремесленных школ16.

*   *   *


После 1917 года с разрушением привычного уклада жизни, и особенно в годы Гражданской войны ремесла резко пришли в упадок. Это не могло не привлечь внимание местных властей. В 1920 году Лебедянский совнархоз провозгласил своей задачей возрождение местных ремесел и производств. Учитывая опыт лебедянцев по производству плетёных изделий из лозы, Совет создает артель из 40 человек для изготовления корзин. Вскоре появились первые результаты. Предприятие стало поставлять в торговую сеть 40-50 своих корзин ежедневно. Не осталось без внимания и гончарное производство. В этом же году в Лебедяни была создана артель «Красный гончар». Исполком Совета помог артели построить добротную мастерскую в конце Елецкой улицы и взял на себя заботу о снабжении артели глиной, химикатами, топливом. Через некоторое время продукция предприятия появилась на прилавках магазинов уезда17.
В годы НЭПа произошёл некоторый всплеск и в других ремеслах. Для многих лишенных нажитого хозяйства, ремесло стало единственным средством выживания. Ремесленниками стали бывшие купцы и помещики. Бывший торговец Игумнов, до революции имевший в городе небольшую скобяную лавочку, стал слесарем. Во времена дефицита на топливо большим спросом пользовались его голландские печки. Из листа металла получались очень удобные устройства, которые при небольшом расходе дров быстро нагревали помещение и долго сохраняли тепло18. Однако последовавшая вскоре сплошная коллективизация и ликвидация частных хозяйств разрушили все достигнутые за это время результаты. Закрылись кузницы и мастерские Кузнецкой слободы, перестали существовать мелкие семейные кирпичные заводики Подмонастырной слободы. Частное строительство надолго прекратилось, а для новых социалистических строек использовали кирпич взорванных церквей.
На многие годы центром кустарного производства и одновременно многопрофильным центром бытового обслуживания населения становится артель «Красный гончар», постоянно расширяющая свою деятельность. В апреле 1941 года артель открывает свою фотографию на Базарной площади19. В 1943 году в состав артели входит восемь цехов: гончарный (выпускает кружки, рукомойники, блюда, миски, банки), кирпичный, известковый, ложечный, гребеночный, кузнечный, головных уборов, точильных брусков. За первое полугодие артель выпустила готовой продукции на 128432 рубля. Большое внимание уделяется ученичеству. Молодежь овладевает мастерством под руководством опытных наставников. Таких как Иван Емельянович Волынчиков, возглавляющий кузнечный цех. Председатель артели Н. Дадерко20. В 1949 году открывается столярная мастерская, принимается в ремонт мебель21. Кузница по-прежнему ремонтирует всевозможные с/х машины: косилки, жатки, сортировки, молотилки и другой инвентарь22. Успешно работает производство по изготовлению колесной мази (план по её выпуску перевыполнен в два раза)23.

Но все же основным производством «Красного гончара» оставалось гончарное. Здесь также трудились потомки лебедянских ремесленников: на хорошем счету была представительница династии гончаров из Подмонастырной слободы Мария Александровна Плешкова, работавшая сортировщицей-сушильщицей артели. Вместе с ней в гончарном цехе трудились формовщики М.К. Зотова, З.Д. Канищева, М.Н. Берсенёва24.
Постепенно цеха артели превращались в самостоятельные производства. Так цех по изготовлению гребешков и перламутровых пуговиц из речных ракушек, открывшийся в 1937 году, был впоследствии преобразован в лебедянскую пуговичную фабрику, которая выпускала ракушечные пуговицы вплоть до 1968 года25. В 1950 году на западной окраине города открылся кирпичный завод. Объемы этого сезонного и по большей части ручного производства составляли 500 тысяч кирпичей в год10.

О том, что народные ремесла – это не только массовое производство, но ещё и редкие умения и самобытное искусство вспомнили только к концу ХХ века. В 1996 году по постановлению администрации района в Лебедяни открывается Дом ремесел, целью которого становится не только распространение и популяризация народных промыслов, но и эстетическое воспитание подрастающего поколения. В предоставленном здании на Советской улице разместилось несколько кружков, где под руководством опытных мастеров школьники стали заниматься лозоплетением, резьбой по дереву, росписью деревянной посуды, вязанием, шитьем и ковроткачеством. Специально оборудованная гончарная мастерская с гончарным кругом и печью обжига позволили изготавливать полноценные кувшины, горшки, глиняные игрушки, свистульки, другие изделия гончарного производства. Был здесь и свой выставочный зал, в котором экспонировались картины местных художников и лучшие образцы детского творчества26. Горожане гордились своим Домом ремесел, любили захаживать в это уютное краснокирпичное здание, двери которого были всегда открыты для всех желающих.
Но как часто бывает, со сменой руководителей, меняются и приоритеты. Прошло несколько лет, и место, на котором стоит это обустроенное кучкой энтузиастов и еще крепкое здание, приглянулось частному лицу. Поэтому, решением новой районной администрации Дом ремесел был срочно выселен и переведен в одно из пустовавших помещений районного ДК, где и находится в настоящий момент. Тем не менее, история народных ремесел в Лебедянском районе продолжается. Талантливые и умелые земляки, по-прежнему, радуют нас своим творчеством – картинами, кружевами, изделиями из глины, лозы, соломки, дерева – всем тем, что когда-то было повседневным заработком и ремеслом, но с годами стало народным искусством.

Примечания:

1. РГАДА ф. 1355, д. 43, Описание г. Лебедяни 1815 года
2. Волынчиков Н.В. Лебедянь. Годы, события, люди. Воронеж. 1998
3. Здесь и далее в тексте: Сборник статистических сведений по Тамбовской губернии. Т. 11 Лебедянский уезд. Тамбов. 1886. с. 93-97
4. Акимов В. Таинственная вязь или ажур металла рукотворный // Лебедянские вести. 12 августа 2003
5. ГАЛО ф. 255, оп. 1, д. 3. Журналы очередной сессии Лебедянского Уездного земского собрания 1908-1909 гг.
6. Акимов В. Таинственная вязь или ажур металла рукотворный // Лебедянские вести. 14 августа 2003
7. Черменский П.Н. Имя города. // Ленинское знамя, 1967, №95.
8. Клоков А.Ю. Лебедянь. Легенды и реалии. Записки ЛОКО. Выпуск №4. Москва – Липецк 2005. С. 7, 8.
9. Журналы Лебедянского Уездного Земского Собрания очередной сессии 1912 г. Тамбов, 1913. С. 106-114.
10. Черменский П.Н. // рукопись. 1968 г.
11. Обзор Тамбовской губернии за 1897 год. Тамбов, 1898
12. Платонов О. Артель. Материал с сайта: www.pravoslavie.by
13. Нацкий Д.И. Мой жизненный путь. М., 2004. С. 278
14. Жизнеописание старца Иллариона Троекуровского затворника и история Троекуровского свято Дмитриевского Илларионовского женского монастыря. Липецк. 2004. С. 94.
15. По материалам Лебедянского краеведческого музея
16. ГАЛО ф. 254, оп. 1, д. 2. Журналы заседаний Лебедянской Городской Думы.
17. Алексеев П.Д. // Путь Октября №80 от 5 июля 1983
18. Нацкий Д.И. Мой жизненный путь. М., 2004. С. 322
19. Путь к социализму. 1 апреля 1941.
20. Путь к социализму. 26 сентября 1943.
21. Путь к социализму. 26 февраля 1949.
22. Путь к социализму. 17 мая 1949.
23. Путь к социализму. 13 сентября 1949.
24. Путь к социализму. март 1950.
25. Волынчиков Н.В. Лебедянь. Годы, события, люди. Воронеж. 1998 С. 80
26. Волынчиков Н.В. Лебедянь. Годы, события, люди. Воронеж. 1998 С. 112

Яндекс.Метрика
Rambler's Top100Rambler's Top100
Индекс цитирования сайта www.lebedyan.com Лебедянь